«Хрусталик Араратика» Маяковского: почему поэт считал армян земляками

 

 

 

Глобус — и то хорошо. Рельефная карта — еще лучше.
А здесь живая география. Какой-нибудь Терек — жилкой
трепещет в дарьяльском виске. Волга игрушечная
переливается фольгой. То розовым, то голубым акварелит
небо хрусталик Араратика.

(В. Маяковский. Пятый интернационал, 1922)

Родители будущего поэта — Владимир Маяковский и Александра Павленко — познакомились и обвенчались в 1883 году в Армении. Отец писателя несколько лет работал в Александропольском лесничестве Эриванской губернии. Контора находилась в Караклисе (сейчас — Ванадзор, Лорийская область), а поселились Маяковские неподалеку, в Никитино (сейчас — Фиолетово). Осенью 1889 года семья поэта перебралась в Кутаиси, где через четыре года на свет появился автор «Облака в штанах».

Людмила, старшая сестра Маяковского, родилась в Армении и уже позже вспоминала плоские крыши Караклиса и живописные виды: «Такие пейзажи я потом встречала в картинах Мартироса Сарьяна. И меня всегда удивляло, что некоторые считают сарьяновские краски неестественными. Нет, это живые, настоящие краски Армении».

 

 

 

Мартирос Сарьян. Армения. Из цикла «Моя родина», 1959. Из коллекции Национальной галереи Армении

По ее словам, родители часто говорили об Армении — эти воспоминания им были особенно дороги. Отец описывал детям леса и горы, любил петь армянские песни. И сестры, и мать в своих воспоминаниях с большой теплотой вспоминали Армению и отмечали, что отец Маяковского, где бы он ни встретил армян, обязательно вступал с ними в беседу, причем обязательно на армянском языке. Очень часто очевидцем этих бесед становился маленький Маяковский, который с юных лет почти везде сопровождал отца. Возможно, именно поэтому и у Маяковского спустя столько лет и возник «хрусталик Араратика».

Однако нежное отношение к Армении отражалось не только в творчестве поэта. Журналист Александр Колосков, первый директор Дома-музея Владимира Маяковского в Багдади, был лично знаком с его семьей. Во время путешествия по Армении в 1970 году он познакомился с Левоном Будумяном, который почти за 40 лет до этого встречался со знаменитым писателем в Москве. Вот что он рассказал Колоскову:

«Я учился в Москве, и в ноябре 1929 года мне посчастливилось попасть в клуб Могэса на вечер, где Маяковский читал рабочим свою новую пьесу “Баня”. По окончании вечера мы, группа молодежи, подошли к нему. Взглянув на меня, Владимир Владимирович спросил, откуда я. Узнав, что из Армении, ласково положил на мое плечо свою большую руку и улыбаясь произнес: “А, земляк. Ну, как живешь, как учишься?”»

 

 

 

Владимир Маяковский с семьей. Кутаиси, 1905. Фото: wikimedia.org

Литературные связи: Маяковский и Чаренц

Егише Чаренц очень любил Маяковского и делал замечательные переводы его произведений. Обоих поэтов часто сравнивали друг с другом из-за яростного, смелого характера и следования единому литературному направлению.

Ценителям поэзии, знакомым с их творчеством, нельзя было не заметить общности эстетических принципов обоих поэтов, одинаковой идейной направленности их произведений, близости, а порою и сходства отдельных деталей, интонаций, характеристик, элементов построения образов, об этом говорит ряд исследований как армянских, так и русских литературоведов. И в поэтические строки и русского, и армянского поэтов прежде всего выкристаллизовывались именно те понятия и образы, которые жили в сознании народов и в которых наиболее рельефно воплощалась историческая реальность, эпоха перемен мирового масштаба.

Равнение на Маяковского носило у Чаренца устойчивый и творческий характер, вызванный общностью идей и единством цели двух крупнейших революционных поэтов. Творческое восприятие и развитие традиций Маяковского привели Чаренца к пушкинским традициям, которые в свою очередь способствовали овладению национально-классическими традициями, формой армянской средневековой поэзии.

Маяковские чтения в Ереване

В 2017 году столица Армении присоединилась к числу городов, в которых традиционно проводятся Маяковские чтения. Традиция зародилась в Москве с 60-х годов XX века, когда у его памятника собирались малоизвестные и запрещенные к чтению поэты, которые вещали о смелости, глубине, и верили, что когда-нибудь будет свобода слова, а выражать свои мысли можно будет без страха. Но в 1965 году по инициативе властей поэтические вечера прекратились, а в 2009-м традиция была восстановлена художником и политическим активистом Матвеем Крыловым и поэтом Даней Берковским.

Источник: Армянский музей Москвы nv.am

Фото обложки: Владимир Маяковский. Фотография Александра Родченко. 1924 год
© Aleksandr Rodchenko / Gift of the Rodchenko family / The Museum of Modern Art