«НеЕсенин» обрёл свой дом. Бабкен Закарян

Моноспектакль «НеЕсенин», представленный в рамках 24-го Международного фестиваля моноспектаклей «Арммоно» и получивший теплый прием у публики, теперь включен в репертуар Русского драматического театра имени К. Станиславского.

Первый показ спектакля в Русском театре прошел при полном аншлаге: все билеты были распроданы. «НеЕсенин» был встречен бурными аплодисментами зрителей.

Авторская постановка с Бабкеном Закаряном в главной роли — это не очередная сценическая интерпретация биографии или творчества великого русского поэта Сергея Есенина, а личное и сокровенное признание в поисках идентичности, внутренней борьбе творца, в обретении собственного голоса и избавлении от образа, который годами сопровождал артиста.

Как отмечает автор, «НеЕсенин» — это история человека, который много лет жил под влиянием Есенина и, наконец, осмелился говорить от своего имени.

 - Расскажите, как спектакль «НеЕсенин» появился в репертуаре Русского театра?

 -  После фестивальных показов спектакль увидел директор Русского драматического театра имени Станиславского Сурен Шахвердян. Именно от него поступило предложение включить «НеЕсенина» в репертуар театра. Для меня это было очень ценно. Когда человек театра не просто смотрит спектакль, а видит в нём жизнь после фестиваля, это, наверное, лучшая оценка для автора и актёра. Так «НеЕсенин» обрёл свой дом.

 - У спектакля необычная сценическая площадка — действие проходит под сценой театра. Что дает такая локация постановке? Как она влияет на атмосферу и восприятие зрителей?

 - Мне кажется, именно это пространство делает спектакль таким, каким он должен быть. Зрители сидят практически вокруг меня, лицом к лицу, буквой «П». Между нами нет привычной театральной дистанции. Я вижу их взгляд, они видят мой. Любая эмоция становится общей. Я очень люблю работать именно так. Здесь невозможно спрятаться за ролью. Ты постоянно существуешь в живом диалоге со зрителем. Иногда достаточно одного взгляда, чтобы спектакль в этот вечер зазвучал немного иначе. Такая близость создаёт очень личную, почти исповедальную атмосферу.

 - До официальной премьеры спектакль был представлен на фестивале «Арммоно», далее «МолдФест». Какие впечатления остались после фестивальных показов?

 - Фестивальные показы были для меня очень разными. На «Арммоно» в зале сидело много людей, которые знают меня лично, знают мой путь, мою биографию, поэтому часть спектакля они считывали через меня. Это был очень личный разговор. На «МолдФесте» всё было иначе. Передо мной сидели совершенно незнакомые люди. Они не знали ни моей истории, ни того, что привело меня к этому спектаклю. И именно там я понял, что «НеЕсенин» способен существовать самостоятельно. Когда человек, ничего не знающий о тебе, начинает сопереживать тем же внутренним конфликтам, значит, спектакль говорит не о конкретной судьбе, а о человеке вообще. Для автора и актёра это, наверное, одна из самых важных проверок.

 - Изменилось ли что-то в постановке после реакции публики?

 - Да, изменилось. Прежде всего изменилась мера. После первых показов я понял, что иногда эмоции не нужно усиливать. Им нужно дать возможность прозвучать самостоятельно. Спектакль стал более сдержанным. Исчезла некоторая эмоциональная избыточность. Мне кажется, сегодня он стал точнее. А точность в театре зачастую сильнее, чем громкость.

 - Что, на ваш взгляд, зритель должен вынести из спектакля?

 - Мне не хочется, чтобы зритель что - то «вынес» в готовом виде. Театр, на мой взгляд, не должен давать инструкции или готовые ответы. Мне хочется, чтобы после спектакля человек хотя бы на мгновение перестал играть привычную роль и честно посмотрел на себя. Мы все иногда становимся пленниками образов, ожиданий, чужих представлений о нас. Если после спектакля кто - то задаст себе вопрос: «А где в этой жизни настоящий я?», значит, разговор со зрителем состоялся.

Грант САРАФЯН

Подпишитесь на нас также в Telegram։

Загрузите приложение Iravunk и всегда будьте в курсе событий: